Loading...

Для просмотра всех материалов на сайте Вам необходимо зарегистрироваться.


Рассказы / 06.11.2019 / 1157

Цена счастья

Илья Квацашвили, автор с Тёмной Стороны Бизнеса

Мой организм только что разлепил глаза, что свидетельствовало о наступлении утра гораздо достовернее, чем положение светила на небе. А светило указывало, что уже разгар дня. Но вполне счастливые балбесы как я, часов точно не наблюдают, и живут в собственной сказочной системе координат.

Наугад ткнул в телефон. Из динамика донёсся голос певицы Sia:

“I'm still breathing, I'm still breathing
I'm alive...”


Вспомнилась статья про племя индейцев в амазонских джунглях, которые спят минут по тридцать раза четыре за сутки. Они считают, что если заснуть надолго, то проснуться может уже другой человек. А ты стало быть умираешь. Отличая песня для начала дня, пронеслось в голове, и я отправился умываться. Из зеркала над раковиной смотрел не столь довольный жизнью человек, каким я себя ощущал. Подумав, я сообщил отражению фразу из старого анекдота:

— Я тебя не знаю, но я тебя побрею!

Дилемма завтраков настигла как всегда неожиданно. Вообще я не большой любитель набить живот с утра пораньше. Да и готовить мне обычно лень. Но в этот раз я всё-таки решил, что завтрак должен быть калорийным. Потому налил себе бокал коньяка, захватил сигареты и под призыв Bishop Briggs, отправился завтракать на террасу.

“Welcome to my darkside
We’re gonna have a good time...”

"Бытовало мнение, что счастье надо заслужить. Даже точнее - выстрадать. Какое именно страдание заслуживает счастья никто не знал."

Заглянул в телефон. С разных иконок электронных почт и мессенджеров на меня с укором смотрели красные цифры. Наугад ткнул в первое попавшееся сообщение:

«Илья, здравствуйте! Меня зовут Маша. Ваш телефон дала мне Даша. Сказала, что вы можете показать Кипр. Что вы всё-всё про него знаете.»

Я перечитал сообщение раза на три. Назвать Дашину презентацию меня преувеличением - не будет верным. Ибо слово «преувеличение» не отражает всей глубины пропасти между сказанным и реальностью. Пожалуй я не знал всего даже о квартире в которой вырос. Что уж говорить об острове, на который переехал лишь пару лет назад.

Но это ведь не повод отказываться от знакомства с прелестной девушкой, верно?

***

— Потрогай, какая мягкая подушка! Она как-будто специально сделана, чтобы с ней обниматься, - девушка изящными пальцами медленно перебирала по подушке. Она напоминала кошку, мягко и медленно мнущую живот хозяина. Взгляд тёмных глаз окутывал лучше любой перины. Не сводя с неё взгляд, я взял вторую подушку, прижал к груди, как Винни-Пух бочонок с мёдом. Казалось жизнь остановилась. Даже воздух замер. Маша потянулась всем телом, сжимая подушку ещё сильнее, открыла рот будто перед зевком, но вместо этого тихо выдохнула:

— Может и не ехать никуда? Так хорошо...

***

Вообще знакомство с Машей казалось не задалось с самого старта. Мне, человеку «всё-всё знающему про Кипр», пришлось полчаса колесить вокруг отеля. Как выяснилось GoogleMaps не всегда в курсе, какие из улиц односторонние, и в какую сторону по ним можно двигаться. Минут через двадцать после третьего тупика, я чувствовал себя как коршун, концентрическими кругами подбирающийся к своей жертве. Отель был в непосредственной близости к традиционной улице баров, что означало кучу извилистых улочек старого города, «кирпичи» на каждом втором повороте и полностью пешеходные улицы, переплетающиеся клубком ядовитых змей. Одной рукой я крутил руль, очередной раз меняя направление движения. Другой писал ответ Маше, что «нет, ничего не изменилось» и «я скоро приеду». Третьей пытался выставить новый маршрут в навигаторе. А всеми остальными, реагируя на недовольные гудки соседей по дорожному движению, жестикулировал, как итальянец объясняющий жене, что с дня рождения дяди троюродной племянницы брата снохи вернуться пораньше никак нельзя.

Наконец я добрался до места назначения. Из отеля выплыла изящная фигура девушки. Стройные ножки, высокая, длинные прямые волосы цвета воронова крыла, и тёплые тёмные глаза в обрамлении легкомысленных девичьих ресничек. Мимо проехала машина, из окон которой с душераздирающими басами доносилось:

“I’m sexy and I know it...”

На моих губах заиграла хищная улыбка, прикрытая маской добродушной рассеянности. Так домашний кот, обманчиво неповоротливый, подманивает любопытную мышку. Стройная фигура вытянутая стрункой подплыла поближе и обворожительно улыбнулась:

— Вы Илья, да?

— Совершенно правильно, и даже можно на «ты». Мы с моими эго и манией величия так и быть, не обидимся, - я весело ей подмигнул, и заметил, как она выдохнула, а из осанки стала пропадать напряжённость модели на подиуме. Это ж какие ей персонажи попадались, если она так цепенеет при первой встрече, подумалось мне.

— Поехали! За ужином и познакомимся и ты расскажешь, что хочешь посмотреть на острове...

***

— А может и не ехать никуда? - повторила Маша. — Так хорошо. Будем сидеть и говорить весь день...

Она мечтательно прикрыла глаза, продолжая гладить подушку. Картина странная даже по меркам курортного городка. Посреди дня сидят парень с девушкой в кафе на берегу моря, гладят подушки и расслабленно улыбаются в пространство. Яркое солнце заливало всю набережную.

— Звучит соблазнительно. Но ты же хотела поехать в горы. А разговаривать мы будем и в дороге. Уверяю, меня не так-то просто заставить молчать, - я подмигнул ей, отложил подушку и махнул официанту, чтобы он принёс счёт.

Предыдущий вечер прошёл неожиданно спокойно, но ожидаемо приятно. Мы немного прогулялись. Сели на террасе ресторана с видом на ночную набережную. В ресторане нас позабавила официантка. Оказывается Маша не расслышала, что заказал я и в точности повторила заказ. Официантка, такая тётушка средних лет, смерила нас подозрительным взглядом и уточнила. Поняв в чём «трудность перевода», я пояснил, что девушке то же самое. Но официантка ещё раза три нам повторила, что вообще мы можем разделить любое блюдо на двоих. Она-то не против. Когда она наконец ушла, я объяснил удивлённой Маше, что нас кажется приняли за студентов. Маша рассмеялась и сказала, что сие надо расценивать исключительно как комплимент. Общаться с Машей было легко и приятно. Я даже не заметил, как разговор перетёк из «знакомства» в стадию, когда кажется, что ты знаешь человека напротив уже давно, просто долго не виделись.

— Что же ты хочешь посмотреть? Может быть исторические места? Храмы? Тут есть очень любопытные замки с музейными экспозициями. В одних жили беглые цари, в других тамплиеры и госпитальеры. Или природу? Может в горы?

— Однозначно горы! В море я накупалась, в бары и клубы каждый вечер ходила, архитектура меня не очень интересует, а вот горы я очень люблю. А куда в горы мы можем поехать?

— Есть одна деревушка в горах, неподалёку от горнолыжной вершины. Возле той деревни есть живописная тропа ведущая к водопаду.

— Водопад! Я обожаю горы. И давно хотела искупаться в водопаде!

***

Маша даже не подозревала, как сильно я хотел искупаться в водопаде. Это было пожалуй самым мистическим местом на острове. Водопад манил. С первых звуков горного ручья, разносившихся в тишине хвойного леса. Тропа петляла и извивалась вокруг ручья, которому через километр предстояло превратиться в самый высокий водопад на острове. Каждый раз, даже сидя в ресторане в нескольких километрах от тропы, я чувствовал его зов и притяжение.

Впервые я посетил его через пару недель после прилёта на остров. Оглушённый жизнью большого города, я всё никак не мог войти в колею спокойного наслаждения жизнью, которое излучали казалось все вокруг. Я видел, чувствовал этот ритм. Но ни как не мог до него дотянуться.

Горы, лес и ручей превратившийся в водопад казалось за руку тогда провели меня к этому состоянию. Каждый шаг по тропе менял моё восприятие. Каждый извив ручья стирал что-то из памяти. А вид и гул водопада сносил застарелые барьеры, и открывал путь новому восприятию. Я изменился тогда. Но не до конца. Я чувствовал это каждый раз находясь неподалёку. Надо было войти в водопад! Меня не покидала эта мысль. Но каждый раз, когда я ехал в горы, что-нибудь отвлекало от этой цели. И так на протяжении почти трёх лет.

***

Навигатор пиликнул, оповещая, что мы добрались до точки.

— Водопад где-то неподалёку. Дальше пешком. Сейчас соображу в какую сторону идти.

— Ты не знаешь дороги?

— Честно сказать, я тут был почти три года назад. С тех пор мы с другом приезжаем сюда иногда. И каждый раз сначала идём перекусить в рыбный питомник. А потом либо лень становится, либо уже поздно и пора ехать обратно, так что мы решаем до водопада дойти как-нибудь в другой раз...

Первая попытка привела нас в тупик к чьей-то калитке. Из-за забора на нас выпучил глаза местный Матроскин и тут же скрылся в ближайших кустах. Моя спутница лукаво посмотрела на меня.

— Недолёт. Бывает! Нам нужен следующий поворот.

Со второй попытки я нашёл знакомый поворот и крутой спуск в ущелье. Мы спускались по склону к маленькому горбатому мостику через ручей. Ещё не видя моста, я услышал знакомый шум ручья. Через пару минут мы увидели мост.

— Вот этот ручеёк через километр и превращается в водопад. Теперь не заблудимся.

В голове что-то переключилось. Лес вокруг преобразился. Я помнил каждую пядь тропы до самого водопада. Я чувствовал за поворотом раздвоенное дерево с тёмным дуплом у основания, с гладкой корой, похожей на блестящую от пота коричневую кожу древнего демона. Лесной страж встречающий всех гостей идущих по тропе. Слышал приветствие камня посреди ручья, на котором я когда-то стоял и впитывал все звуки и запахи окружавшего меня леса. Но самое главное, я чувствовал в конце этой дороги, нет не водопад - цель, к которой стремился, и которой боялся всё это время. Я рассказывал Маше о своём первом визите сюда. Смотрел как она обнимается с деревом, похожая на прекрасную лесную дриаду. Мы шутили и общались, но мир уже превратился в тоннель. Меня неудержимо тянуло вперёд. Нечто мистическое звало к себе.

Перед последним поворотом горной тропинки зов начал превращаться в отчётливый шум. Не только водопада, но и толпы туристов. Мистическое начало отступать под натиском прозаичного. Мы спустились в укрытый от солнца грот с озерком, образовавшемся под водопадом. Корни деревьев на берегу блестели от влаги и напоминали взбухшие вены. Живые и пульсирующие. Мы пробрались в дальний конец грота, подальше от детей.

— Ну что, поплыли к водопаду?

Именно в этот момент я осознал всю глубину своей рассеянной натуры. Дойти наконец до водопада и...

— Я балбес!.. Я плавки в машине оставил, и полотенце забыл...

Маша удивлённо посмотрела на меня, а затем заливисто рассмеялась.

— Ну, поплавать можно и в трусах, - подмигнула она и начала раздеваться. Пока я курил и раздумывал над дилеммой трусов и своего разгильдяйства, Маша зашла в воду и громко ахнула. Я повернулся к ней.

— В-вода холодная... - произнесла она не прекращая улыбаться.

Я решился и стал раздеваться. Как-то не так я себе представлял омовение в водопаде. Уж точно без вопящих как на рок-концерте детишек, и без ковровой бомбардировки фотовспышек. Подумав, что раз вода холодная, лучше войти побыстрее, я устремился к глубине. Первый же шаг непроницаемым занавесом отделил меня и от толпы, и от прочей реальности. Когда вода дошла до груди, меня оглушило. В первое мгновение показалось, что остановилось сердце. Холодная? Да меня будто погрузили в жидкий лёд!

— К-как т-ты? - голос Маши вывел меня из транса.

— В-восхит-тительно!..

Что бы хоть как-то разогнать кровь по жилам, я мощными гребками устремился под водопад. Время замерло. Под струями воды, мне казалось, что на меня льётся горный хрусталь. Такой же кристально чистый, и такой же твёрдый. Каждая струя сопровождалась вспышкой памяти. Ответом на давний вопрос. И одновременно с этим чувствовал, как много уже отжившего и ненужного уходит из меня. Я поплыл обратно. Кожа вспыхнула огнём. Сердце заколотило в грудную клетку протестующим узником, требующим немедленно выпустить его на волю. Подплыв к Маше, взял её за руку, притянул к себе и обнял.

— К-какая ты т-тёплая!..

Маша засмеялась и обняла в ответ. Я чувствовал, как наши сердца казалось выводят удивительную ударную партию. Будто Чарли Уоттс и Ганс Урлих сошлись на одной сцене. А вода вокруг нас пульсировала и клокотала под эту мелодию.

— Я тебе один секрет открою, - прошептал я Маше на ухо. Она замерла. — Ты сейчас самое дорогое, что у меня есть!

Маша засмеялась.

— Какой ты однако романтичный!.. - с усмешкой сказала она.

— Вот и зря ты усмехаешься! Спорим - тебе ни один парень так искренне этих слов не говорил, - я показал ей язык и нехотя отпустил, хотя организм протестовал против потери столь соблазнительного источника тепла в Машином лице и теле. И вновь поплыл под струи водопада. Так продолжалось какое-то время. Каждый раз под потоком воды что-то покидало меня. Каждый раз выплывая, чувствовал в себе что-то новое, неизведанное.

О том что вокруг куча туристов с детьми и фотоаппаратами, я вспомнил только выбравшись на берег.

Мы обулись и не одеваясь пошли на солнышко. Полностью высохнуть естественно не удалось, и я решил идти так до самой машины, а там уже переодеться в сухое. Как мы выглядели на лесной горной тропинке, мы задумались только доехав до города. Восхитительная картина - девушка выгуливает в лесу маньяка в красных трусах. И строго поглядывает, не будет ли тот кидаться на редких прохожих. Дополнял картину ворох одежды, который я прижимал к груди, и лежащая поверх сосновая шишка, подобранная Машей. Но тогда нас это не занимало.

— Это была прекрасная прогулка, - сказала Маша, когда мы сели в машину.

— Что значит была? День ещё не окончен.

— А мы успеем ещё что-нибудь посмотреть?

— До вершины, где зимой горнолыжка, осталось ехать минут пятнадцать, по дороге прекрасные панорамы.

Маша счастливо улыбнулась и мы поехали. Мне давно не было так хорошо. Так спокойно. А в голове всплывали образы, мысли и воспоминания навеянные и рассказанные водопадом. Когда я был маленьким, бытовало мнение, что счастье надо заслужить. Даже точнее - выстрадать. Какое именно страдание заслуживает счастья никто не знал. Как долго надо страдать, тоже. Счастливые же люди, которые по мнению окружающих страдали недостаточно, вызывали хор возмущений. А собственные редкие моменты счастья тщательно скрывались под страдальческими вздохами. Я вздохнул и улыбнулся.

— Что тебя развеселило? - Маша вопросительно взглянула на меня.

— Ничего. Просто мне хорошо, - ответил я. Спутница широко улыбнулась в ответ. Певица Sia из динамиков напевала:

“I'm gonna live
Like tomorrow doesn't exist...”


Мы слушали и обсуждали музыку. Я ратовал за акустические версии, особенно под аккомпанемент фортепьяно. А про себя думал, что давненько не пел под гитару, и соскучился по этому делу. Маша будто прочитала мои мысли и спросила:

— А ты поёшь?

— Ну, некоторые бы поспорили с этим утверждением, но - да. Для себя и под настроение. Погоди, сейчас найду кое-что, - найдя ролик в котором я пою под гитару песню Кукрыниксов «Творец», я передал телефон Маше.

— Включай.

В машине зазвучали знакомые аккорды. А потом я запел.

«А что ты для этого сделал?». Этот вопрос я периодически слышал в детстве, в ответ на какое-нибудь своё желание. Посмотреть мультики, или погулять. Так как идею страданий в предоплату счастью я не принимал, вопрос мне был не понятен. В смысле что я сделал для этого? За-хо-тел! Единственное необходимое условие. Но нет. Сначала меня отправляли прибирать игрушки, например. И объяснять глупым взрослым, что это бессмысленно, что я и во время мультика играть ими хочу, не аргумент. Хочешь порадоваться мультику - сначала пострадай! Бедные взрослые. Не удивительно, что после такого подхода, многие повзрослевшие дети уже и не хотят ничего. Как там было у Квартета «И»?

«— Вот не хотеть чего-то хотеть, вот это - кризис...

— Это не кризис. Это - Пизде-ец!..».


Человек же знающий цену желаниям, проживает жизнь полную чудес и сказочных открытий. Одно из моих открытий было, что петь на два голоса с самим собой не только приятно, но и удивительным образом заряжает меня и наполняет радостью. Под водопадом я не только вспомнил это удивительное это ощущение, но и осознал как важны для меня такие моменты.

— Как тут красиво! - мы проезжали по серпантину сказочные пейзажи, и моя спутница то и дело хваталась за телефон. После очередной фотографии она отложила телефон и проговорила:

— Всё равно фотографии не могут передать всю глубину этой красоты...

Голос её звучал не сказать что грустно, но слегка печально. Как у не по годам мудрого ребёнка, который понял, что чудесное мгновение нельзя завернуть и забрать с собой.

— Просто наслаждайся. Чувства которые ты испытываешь сейчас ведь не заменить никакими фотографиями.

Меня всё больше поражала эта девушка. Она сразу расслабилась, и казалось погрузилась в созерцание, растворяясь в окружающей красоте и даже становится её частью, делая окружающее пространство ещё прекраснее. Я совершенно забыл, что познакомился с ней только вчера. Было что-то неуловимо знакомое в том, как она в один момент торопится прожить, прочувствовать момент, и уже в следующее мгновение абсолютно расслабленно пропускает его через себя.

Вспомнился момент из далёкого заснеженного прошлого.

— Смотри какая красота! Всё дерево пушистым инеем покрылось, до последней веточки. На солнце волшебно переливается.

Эти слова я говорил девушке, с которой тогда встречался, и которую любил. Или думал, что любил. Впрочем в том возрасте это было одно и то же. Девушка подозрительно прищурилась на дерево. Решив, что я скорей прав, чем нет, полезла за фотоаппаратом и сделала пару снимков. Оценила, так сказать.

— Да что тебе эти фотки! Просто полюбуйся, - молодой я не унимался. Впрочем я и сейчас такой. Вспыльчивость и упрямство возраст решил обходить стороной.

— Дома полюбуюсь. На фотке. А сейчас холодно. Пойдём! - девушка недовольным снежным барсом ворчала и недобро поглядывала на меня. Любопытно, чтобы вспомнить лицо той девушки, приходится напрягать память. А вот заснеженное дерево помню, кажется, в мельчайших подробностях.

Уже спускаясь с гор к побережью, моя спутница вдруг сказала:

— Я сейчас испытываю такое счастье... - она взяла меня за руку. Мы ехали ужинать. Склоны окрасились светом закатного солнца, а в динамиках заиграла песня “Summertime Sadness” Ланы Дель Рэй:

“Kiss me hard before you go
Summertime sadness...”


— Много ли надо для счастья? Мне много надо! Хочу свой дом, возможность путешествовать по всему миру, покупать всё что захочу, - так мне сказала другая девушка, с которой я встречался много лет назад. Подумав тогда я ей ответил:

— Меняю чувство юмора на повод посмеяться...

Она так и не поняла намёка. Да и мало мне встречалось людей, которые действительно способны были понять иронию в этой фразе. А девушка была из тех, кто свято верит, что за счастье надо чем-нибудь жертвовать. Тогда на жертвенный алтарь пошли наши отношения. Не знаю приблизило ли её это к счастью. Сомневаюсь, жертва-то была дешёвенькая, похоже.

Таверна недалёко от набережной была заполнена людьми. Рыбное мезе под белое вино прекрасно дополняли вечер.

— Я с этой одногрупницей несколько лет не виделась. Я ушам своим поверить не могла. Она реально материлась, как портовый грузчик. Даже в абсолютно бытовых фразах. Мне кажется за все годы учёбы я от неё ни одного ругательства не слышала. А тут такое... я не удержалась, спросила - а где она теперь работает. Ответ тоже целой этажеркой из неё вышел. В общем оказалось работает секретарём в суде...

Мы рассмеялись. Мы с Машей рассказывали байки из жизни, смакуя и запивая их белым вином. Я слушал её истории, рассуждения о жизни и отношениях.

— Меня несколько раз звали замуж. В какой-то момент я решила, а почему бы и нет. Так и ответила - ну, давай сходим, посмотрим как там - замужем. Через пару лет развелись.

— Что, плохо замужем оказалось?

— Да нет. Просто никак. Понимаешь, никакой ценности в отношениях не было. Что с ними, что без них. А зачем тогда они? Вот я и ушла. А бывший муж до сих пор мне пишет раз в несколько месяцев. Я уже и не знаю, что ему отвечать. Вроде как и говорить не о чем.

Я смотрел на такую близкую и знакомую незнакомку, и задавался вопросом - что ей дал горный водопад. И будет ли и её, как меня, тянуть вернуться к нему, чтобы понять это самой?

Потом мы гуляли по набережной. Свет фонарей и полной луны окрашивал реальность в сказочные тона. Именно тогда я понял, что у счастья действительна есть цена. Не жертва и не предоплата. Что счастье не лимитировано, и постоянно случается со всеми. И цена всегда одна - позволять себе испытывать это чувство не смотря ни на что.

Я стоял у парапета и обнимал девушку, которую не знал ещё пару дней назад. Чувствовал стук двух сердец в свою грудь. Это и было счастье. Настоящее, подлинное счастье. Живое счастье. День не закончился на этом. Но на этом заканчивается мой рассказ о полном волшебного чувства дне. День который я мог и пропустить, если бы всё ещё гнался за секретной формулой счастья.

Подпишитесь на PUSH-уведомления и сразу узнавайте о выходе новых статей

Подписаться

Запрос отправлен

Еще больше интересного. Зарегистрироваться.

Бразильеро

Пальцы дубели от холода. Рукавицы поверх перчаток, зимние сапоги... Все это не спасало от ветра сурового. Рядом ледовитый океан. Оттуда что ли дует?

— Бразильеро, ты чего отвлёкся? Подцепляй... — скомандовал бригадир. Он следил за тем, чтобы работники быстро развешивали сушиться рыбу.

Бразильеро с ненавистью посмотрел на треску. Треска, треска, треска... Тот, кто не жил в северной Европе не поймёт значение этой рыбы. Очень удивится, узнав, что во второй половине двадцатого века Исландия трижды готова была начать войну с Англией из-за трески.

Читать дальше...

Бегемот по прозвищу Паха

Он был массивен и изворотлив. Словно хотел доказать: жирный не значит неповоротливый. Паха все время куда-то ехал, кого-то ловил и даже от кого-то скрывался. Он не вписывал себя в правила. И в этом была его сила:

— Понимаешь, есть такие строители... Они хотят сделать как в книжках. Ну вот как из учебника... И ты знаешь... Правильно в стройке не заработаешь.

Паха веровал, проповедовал, исповедовал и был главным евангелистом русского менеджмента в бизнесе, который базировался на двух столпах. Первый — никогда не приходить вовремя. Он умудрялся опаздывать даже к заказчикам на собрания. Однажды директорат его прождал несколько часов. Иностранный топ-менеджер был в отчаянии. В Германии он с таким не сталкивался. Паха в тот день не появился. Вообще. И даже не перезвонил.

Читать дальше...

Майбах, воскресай!

Светловолосый мужчина сгорбился у подъезда. Он жадно втягивал дым сигареты. Почти всасывал её. «Перед смертью не накуришься», — улыбнулся собственной мысли. Взгляд зацепился за молодого парня на новеньком Майбахе. Тот буквально гарцевал на своём Мерседесе. Хотел впечатлить публику у входа в модный французский ресторан.

Читать дальше...

Благодарность. Кого она ест?

— Это ж надо было столько лет испытывать благодарность к человеку, который планомерно меня в могилу свести пытался!.. - долговязый молодой мужчина уже не бушует. Ещё полчаса назад он готов был крушить всё, что подвернётся под руку. Сейчас он спокоен. Только глаза всё ещё блестят багровым отсветом отступающего гнева. А на дне их уже поселилась задорная искорка любопытства и удивления. Его собеседник, слегка коренастый мужчина, задумчиво раскуривает сигару. За это неугасимое никаким гневом любопытство он и любит своего друга. Даже самая мрачная и неприятная история не способна надолго помутить его рассудок. Жизнелюбие и искренний интерес к себе...

Читать дальше...

Бразильеро

Пальцы дубели от холода. Рукавицы поверх перчаток, зимние сапоги... Все это не спасало от ветра сурового. Рядом ледовитый океан. Оттуда что ли дует?

— Бразильеро, ты чего отвлёкся? Подцепляй... — скомандовал бригадир. Он следил за тем, чтобы работники быстро развешивали сушиться рыбу.

Бразильеро с ненавистью посмотрел на треску. Треска, треска, треска... Тот, кто не жил в северной Европе не поймёт значение этой рыбы. Очень удивится, узнав, что во второй половине двадцатого века Исландия трижды готова была начать войну с Англией из-за трески.

Читать дальше...

Если не стоит или рецепт Магического секса

Влюбился я в семнадцать лет. Прямо сильно-сильно. Ну а кто в семнадцать лет не влюблялся? И вот у нас с прекрасной девушкой свидание, постепенно переходящее в горизонтальное положение. Естественно хотелось силу свою молодецкую показать, мощь свою сексуальную. А от всего волнения — натурально не встал. И девушка-бедняжка, старается, а все без толку. Поволновались мы вместе с ней минут пять-десять — лучше не стало.

Читать дальше...

Время отца

Вообще отец сыграл со мной злую шутку. Мы с ним редко общались, но всегда после разговора я пребывал в лёгкой задумчивости. А то и в не очень лёгкой. Так, в пять лет папа мне сказал: «Нельзя представить две вещи: вечность и бесконечность». Я всегда имел непокорный характер. И поэтому тут же сел воображать ту самую вечность и бесконечность. И пускать слюни.

Читать дальше...

Подписка на месяц

Способы оплаты в рублях

Способы оплаты в валюте



Способы оплаты в bitcoin


Подписка на год

Способы оплаты в рублях

Способы оплаты в валюте



Способы оплаты в bitcoin