Loading...

Для просмотра всех материалов на сайте Вам необходимо зарегистрироваться.


Рассказы / 10.02.2020 / 5367

Ордынка

Николай Мохов, автор с Тёмной Стороны Бизнеса

Громкий телефонный звонок раскрутил волчок этой весенней истории.

— Коля мы с моей подружкой рядом с твоим домом скоро будем можно мы к тебе в гости зайдём? — Аня выпалила всё одним сообщением, не делая пауз между словами. Берегла минуты — звонила с телефона-автомата.

Вообще Аня была летней подружкой. В начале июня Коля заезжал на дачу в Ордынке. В сотне километров от города, начиналась настоящая жизнь. Жизнь, в которой было солнце, леса, река и поля. Именно там Коля и Аня завели свою детскую дружбу. Ходили вместе на пикники и в далекие походы, ездили на великах и ловили хитрых ящериц под палящим солнцем. Но все это было летом.

В сентябре же их придавливало городское бремя. Грязные улицы, тяжелые рюкзаки, набитые книжками... В городе жили они всего в паре остановок друг от друга. Но учились в разных школах. А в детстве это огромная дистанция. Как между летом и зимой. За пять минут не преодолеть. Поэтому и у Коли, и у Ани с сентября и до самого сладкого мая другие компании. А тут внезапный, внеурочный звонок нарушил устоявшийся баланс.

Чужие поражения в глупых играх придавали силы

— Конечно же заходите в гости... Да, я вас вообще встречу... Вы через сколько минут на остановке будете?..

Коля положил трубку и уставился в окно. Там шла напряжённая мартовская борьба между летом и упёртой сибирской зимой. Только солнце сожжёт снежные форпосты противника. Так хладнокровная вражина напомнит о себе градом льдинок. Отступать не собирается. И пленных не берет, гадина.

В душе же у Коли климат давно устаканился. Ещё в прошлом октябре. Тогда он тяжелыми ботинками стукался о замёрзшую землю. И под этот звук выковывал для себя некоторые внутренние принципы. После смерти отца Коля убедился в некоторой финансовой безрассудности родных. Мама, сестра и брат явно не умели обращаться с деньгами. Папа много лет содержал всю семью. И Коля считал, что ему как можно раньше нужно зарабатывать деньги.

В школе можно было проворачивать аферы. За мелкие услуги получать оплату с одноклассников. Парень умудрялся продавать им даже вопросы к экзаменам. Их он распечатывал на старом принтере.

Заработанное откладывалось. В старом советском столе, в заветном ящичке лежали любовно уложенные тяжёлые десятирублевые монеты. Мятые купюры, что Коля забирал из потных ладошек одноклассников, разглаживались и постепенно превращались в приятную стопку. Из статей затрат книги и сигареты. Но и на это он смотрел расчётливо.

Книги давно уже покупались не в магазине. Каждую субботу работала книжная ярмарка. В центре её ряды с ходовыми товарами и новомодными авторами. На них можно посмотреть, облизнуться и пойти дальше — к окраине. Там собирались люди пропащие. На грязном целлофане они раскладывали книжки и другие вещи. В них-то Коля и копался часами. «Финансист» Драйзера лежит за пятнадцать рублей, но если купить сразу несколько книжек, то можно поторговаться. И так один томик выйдет в три раза дешевле...

Там же на ярмарке Коля производил закупки. Искал интересные товары. Вот скажем, ручка с металлическим корпусом. В ней спрятан нож. Снимаешь верхнюю часть и ручка превращается в стилет. Торговаться за такие вещи надо под конец ярмарки. Продавцы устают стоять на холоде. Они уже сделали кассу. В их карманах уже много денег, а товар упаковывать лень. Вот тут-то голубчиков и надо ловить. Они торопятся, а ты наоборот расслаблен и спокоен. Торговаться можешь хоть целый час. И волшебную ручку уже отдают за десять рублей.

Но стоит принести её в школу, как цена вырастает на порядок. Стоит её только показать пацанам на перекуре. Но в руки не давать. И кому-нибудь она западёт в душу. Зацепится чей-то взгляд. А там уже во время урока между делом её достать. Продавать надо долго и спокойно. Только от контроля собственных эмоций зависит — будет ли в ящичке письменного стола расти пачка купюр или наоборот таять. Терпение создаёт капитал.

Каждую неделю Коля подводил итоги. И чётко видел: если сорвался, то ушёл в минус. Вот зимой пошёл к другу на день рождения. Отмечали в тёплом подъезде, пили пиво. Да чего-то разошлись и отправились на разборки в компьютерный клуб. А потом решили добавить... Так заработанное за месяц и промотал в одну ночь. Тот случай запомнился надолго. И теперь Коля строго контролировал себя на пьянках. Ровесники могли потратить хоть все деньги. Всё равно родители дадут. Чего им считать. У Коли же чётко связан каждый рубль сегодняшний с рублем завтрашним.

Такой подход к жизни был противен его естеству. Ещё до смерти отца он мог легко вспылить, нагрубить или накупить себе всякой ерунды. Ввязаться в драку на пустом месте. Но жить эмоциями — это удел слабых. И Колин капитал был показателем силы. Как отсечки на стене, которыми он отмечал свои подтягивания. Несколько лет назад он глистой висел на перекладине во время физры.

Но однажды дома отец повесил деревяшку для подтягиваний. Коля отмечал чёрточками каждый день, когда делал подход к ней. Если возникал перерыв в несколько дней, то он начинал новую строчку. Было все равно сколько раз подтянулся, важнее — был ли перерыв? Удалось ли выдержать марафон на длинную дистанцию? Больно подтягиваться с мозолями. Но стоит ли из-за мозолей прерывать свою полосу? Или из-за гриппа?..

Весной пацаны играли в «лесенку». Соберётся небольшая толпа. Сначала все подтягиваются по одному разу. Потом по два. И так до тех пор пока не останется один. Несколько лет Коля не принимал в этом участия. Отшучивался:

— Да я же хилый, куда мне? Вон Лёшка двадцать пять раз за один подход подтянулся. Круто! Я о таком и мечтать не могу.

И всё же мальчик вёл тренировки дома. И наконец выбрал правильный момент.

— Да я так, пару раз смогу. Не больше...

И потом ему было приятно наблюдать как конкуренты сходят с дистанции. Чужие поражения в глупых играх придавали силы. Грело то, что к спорту не было никакого таланта. Телосложение хилое. Сколько бы он не возился с ржавыми гантелями, не подтягивался, не отжимался — мышцы не росли. Перерыв в упражнениях на пару дней возвращал филонившего к точке старта. Чудеса у перекладины, деньги в кармане — это результат исключительно непрерывного движения. Только оно выводит наверх. Побеждает не тот, кто бежит быстро, а тот кто не останавливается.

Коля вывел для себя эти мудрые максимы и с тех пор ему казалось, что он управляет своей жизнью. Незаметно для него она свелась к ящику в старом столе и надписях на стене. Конечно бурлили гормоны, хотелось романтики… Но и тут Коля проявил решимость.

— Кому ты на фиг такой нужен? — задал он вопрос отражению зеркальному. И ответил спокойно и безжалостно:

— Никому.

В прошлом году Коля уже испытал бессилие, которое подарила ему любовь к девочке. И больше повторять свою ошибку он не собирался. И вот звонок дачной подружки нарушил как казалось незыблемый баланс. Как теплый солнечный день в октябре сбивает с толку, натянувших шапки горожан.

— Мы просто посидим дома. Выпьем немного пива. В конце концов нужно же иногда и развлечься. И выпустить пар. Главное, делать это контролируемо. Не поддаваться страстям, — провел аутотренинг с собой Коля.

И тут же набрал другу, с которым с первого класса делил школьную парту:

— Серёга, ты чё делаешь?

— Я тут игру новую поставил...

— Бросай свой комп. Тут ко мне девчонки придут. И мамы до вечера дома нет. Возьмем пива и развлечемся!..

Бетонная плотина, надёжно сдерживавшая эмоции, внезапно дала течь…

Читать вторую главу



Кольцо с дельфинами

Причёска называется каре. Она коротко стриглась. Оставляла только тоненькую косичку рядом с левым ухом... Ещё она называла все своими именами. Могла в глаза человеку объявить:

— Ты — идиот!

Познакомились мы с ней, потому что вместе квартиру снимали. Скинулись первокурсниками на хату впятером. А потом распределили комнаты.

В комнату с балконом въехала семейная пара (одногруппница рано выскочила замуж), большой зал достался девочке с косичкой и её подруге. А я забрал себе маленькую комнатку. Положил на пол матрас, поставил компьютер также на пол. На стопки книг складывал одежду. Про соседок сразу решил...

Читать дальше...

Бразильеро

Пальцы дубели от холода. Рукавицы поверх перчаток, зимние сапоги... Все это не спасало от ветра сурового. Рядом ледовитый океан. Оттуда что ли дует?

— Бразильеро, ты чего отвлёкся? Подцепляй... — скомандовал бригадир. Он следил за тем, чтобы работники быстро развешивали сушиться рыбу.

Бразильеро с ненавистью посмотрел на треску. Треска, треска, треска... Тот, кто не жил в северной Европе не поймёт значение этой рыбы. Очень удивится, узнав, что во второй половине двадцатого века Исландия трижды готова была начать войну с Англией из-за трески.

Читать дальше...

Майбах, воскресай!

Светловолосый мужчина сгорбился у подъезда. Он жадно втягивал дым сигареты. Почти всасывал её. «Перед смертью не накуришься», — улыбнулся собственной мысли. Взгляд зацепился за молодого парня на новеньком Майбахе. Тот буквально гарцевал на своём Мерседесе. Хотел впечатлить публику у входа в модный французский ресторан.

Читать дальше...

Бразильеро

Пальцы дубели от холода. Рукавицы поверх перчаток, зимние сапоги... Все это не спасало от ветра сурового. Рядом ледовитый океан. Оттуда что ли дует?

— Бразильеро, ты чего отвлёкся? Подцепляй... — скомандовал бригадир. Он следил за тем, чтобы работники быстро развешивали сушиться рыбу.

Бразильеро с ненавистью посмотрел на треску. Треска, треска, треска... Тот, кто не жил в северной Европе не поймёт значение этой рыбы. Очень удивится, узнав, что во второй половине двадцатого века Исландия трижды готова была начать войну с Англией из-за трески.

Читать дальше...

Если не стоит или рецепт Магического секса

Влюбился я в семнадцать лет. Прямо сильно-сильно. Ну а кто в семнадцать лет не влюблялся? И вот у нас с прекрасной девушкой свидание, постепенно переходящее в горизонтальное положение. Естественно хотелось силу свою молодецкую показать, мощь свою сексуальную. А от всего волнения — натурально не встал. И девушка-бедняжка, старается, а все без толку. Поволновались мы вместе с ней минут пять-десять — лучше не стало.

Читать дальше...

Время отца

Вообще отец сыграл со мной злую шутку. Мы с ним редко общались, но всегда после разговора я пребывал в лёгкой задумчивости. А то и в не очень лёгкой. Так, в пять лет папа мне сказал: «Нельзя представить две вещи: вечность и бесконечность». Я всегда имел непокорный характер. И поэтому тут же сел воображать ту самую вечность и бесконечность. И пускать слюни.

Читать дальше...

Продолжая работу с сайтом, вы даете свое согласие на использование нами cookie-файлов. Они необходимы для оптимальной работы сайта и помогают сохранять ваши настройки.
Согласен