Loading...

Для просмотра всех материалов на сайте Вам необходимо зарегистрироваться.


Менеджмент / 08.07.2020 / 1385

Потерявши голову, плачут о…

Николай Мохов, автор с Тёмной Стороны Бизнеса

Голову потерял. Мысли только об одном. О чём об одном? О новом проекте, о девушке, о сериале, книжке или политике? Не имеет значения. Мысли только об одном — первый симптом потери субъектности. Быть субъектом — значит уметь и входить, и выходить из процесса. Хотя принято говорить об обратном.

Американские ораторы мотивируют слушателей, поют песнь, что зовётся:

— Passion! — любят они слово «страсть». Хлебом без глютена их не корми — дай рассказать о том, что всем нужно быть страстными. И конечно же преследовать свою мечту:

— Chase your dream! — крикнут инфоцыгане на прощанье.

Потом мы наблюдаем чудную картинку. Человек наслушается чуши про страстных мечтателей и пойдет жизнь менять.

Мы ненавидим тех, кто разрушил наши личные границы. Но забываем о том, что личные границы на то и личные, что разрушить их можно только с двух сторон

— Трейдинг — это не моё. Это же все ради денег, а я всю жизнь мечтал быть инженером, — рассказывал знакомый. Он продал свой нелюбимый бизнес. На вырученные деньги построил завод в России.

— Если можешь не строить завод, то не строй. Запуск производства — это маленький ад на земле. Каждый день ты будешь тратить деньги без понимания, когда же все заработает… — отговаривал я товарища.

Вы пытались объяснить другу, что он влюбился в шлюху? Неразрешимая задача. Никогда. От слова совсем. Ну вот, и у меня не получилось донести мысль про трудности жизни владельцев заводов. Преодолеть трудности можно конечно. Только страсть в этом деле ну никак не помогает. Скорее мешает. Это как в писательстве. Слышали, наверное, как кто-нибудь из друзей делится планами на будущее:

— Я хочу книжку написать…

Приходит время — пишет. Строчит родной, как Петька по белым из пулемета Максим. Книжка получается толстая, словно задница у армейской поварихи. Только вот читать её никто не хочет. Ведь автор пренебрёг редактурой — ему грезится, что каждая мысль его — бриллиант ограненный. Мозг новоявленного писателя отказывается видеть разницу между графоманом и мастером слова. В чём она?

Графоман самовыражается. Мастер же управляет читательским интересом. Оба пишут, но результат разный. Первого и забесплатно никто читать не хочет. Второму звонкой монетой платят. Кстати, получение гонорара за свой труд — давний принцип отделения любителей от профи. Тому же, кто работать готов и без денег... Зачем их давать?

Если человеку важно наличие фабрики, а не прибыль… Так мечта сбудется. Будет фабрика, будет и дыра в кармане, и маячащее впереди банкротство…

Между прочим, ушлые голливудские режиссеры в конце восьмидесятых подрядились на данную тему фильмы снимать. Тогда как раз все производства переносили из США в страны третьего мира. Но в кино всегда находился герой в исполнении какого-нибудь Ричарда Гира. Герой принимает мужественное решение — спасти от увольнения рабочих. В награду ему выписывают любовь барышни нескладной. Happy End. Музыка. Титры.

После подобных фильмов и в жизни появлялись романтики, спасавшие фабрики в американской глубинке. Только про них уже ничего не снимали. Чуяли сценаристы — на унылое кино о производственных буднях с вялым финалом не пойдет зрители. Сценаристы же в Лос-Анджелесе не любители вшивые, а самые настоящие профи. Им билетов бы побольше продать. Не до самовыражения и не до правды жизни. Недвижимость в Калифорнии жуть какая дорогая.

— Но грустно же так жить! Без мечты, без страсти… Сплошное уныние… — заметил однажды друг, выслушав мою страстную речь на тему субъектности. — Нельзя как-то совместить? И прибыль, и страстное увлечение?

— Как там было в «Том самом Мюнгхаузене»? Сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить… Если всерьез, то можно и страстным быть, и рыбку кушать, и косточкой не подавиться.

И я поведал историю об одном очень страстном человеке, которого хорошо знают историки рекламы. Звали его Уильям Бернбах. Он придумал самые известные рекламные кампании ХХ-ого столетия. Благодаря его мысли Фольксваген Жук стал легендарной моделью. Рекламист создал сотни гениальных слоганов...

Последнее — необычно. Ведь чаще всего жизнь криэйтора коротка. Рынок рекламы сжирает своих детей за несколько лет. Был криэйтор на гребне волны ещё год назад, а сегодня двух слов связать не может. Банальностями сыплет. А Бернбах десятилетиями публику удивлял свежими концептами.

У мастера был свой секрет долголетия на жестоком рынке. И он охотно секретом делился:

— Никогда не работать после пяти, никогда не работать дома, никогда не приходить в офис в выходные.

Три очень банальных правила. Но он их соблюдал. Поэтому, в отличие от своих страстных коллег, Бернбах был субъектом в рекламе. Он управлял десятилетиями рекламой и процесс не мог его сожрать. Напротив. Реклама ему подарки делала. Баловала Бернбаха славой и деньгами. Ждала его до утра, пока он всю ночь слушал джаз и развлекался с женой. В позиции Бернбаха не было пренебрежения к рекламе. Он не любил её меньше, как советовал Пушкин. Он любил её в разумных границах.

Правила по отношению к процессу могут быть любыми. Но в основе всегда...


Рассказы по теме:

Правит слабейший
Сквозь цель
Энергия мысли
Откуда берётся цена?
Точильный камень для внимания


Бизнесмен или наёмник?

Молодой парень начал работать в фирме с университетской скамьи. Тогда ещё офис лавки находился в съёмной квартире основателя. Пятилетка интенсивного роста превратила основателя в миллиардера. Росли наперекор и вопреки. На рынке кризис, а они только богатеют.

Парень занимался самым важным направлением. Продажами. Он возвёл своё дело в ранг искусства. Заключал сделки на десятки миллионов долларов. Причём сам проводил все ключевые переговоры. Его сотрудницы выполняли лишь роль помощников при деде Морозе — на письма отвечали, документы готовили и глаз радовали.

Читать дальше...

Зачем бить в подъезде лампочки, если ты не хулиган?

Фильм «Сёстры» Бодрова конечно слабенький. И прямо скажем, фантастический. В жизни, согласно отчёту аналитиков диванных, так не бывает. Однако есть там сценка, за которую я режиссёру благодарен. Сценка, которая научила меня самому главному в бизнесе.

Читать дальше...

Бразильеро

Пальцы дубели от холода. Рукавицы поверх перчаток, зимние сапоги... Все это не спасало от ветра сурового. Рядом ледовитый океан. Оттуда что ли дует?

— Бразильеро, ты чего отвлёкся? Подцепляй... — скомандовал бригадир. Он следил за тем, чтобы работники быстро развешивали сушиться рыбу.

Бразильеро с ненавистью посмотрел на треску. Треска, треска, треска... Тот, кто не жил в северной Европе не поймёт значение этой рыбы. Очень удивится, узнав, что во второй половине двадцатого века Исландия трижды готова была начать войну с Англией из-за трески.

Читать дальше...

Если не стоит или рецепт Магического секса

Влюбился я в семнадцать лет. Прямо сильно-сильно. Ну а кто в семнадцать лет не влюблялся? И вот у нас с прекрасной девушкой свидание, постепенно переходящее в горизонтальное положение. Естественно хотелось силу свою молодецкую показать, мощь свою сексуальную. А от всего волнения — натурально не встал. И девушка-бедняжка, старается, а все без толку. Поволновались мы вместе с ней минут пять-десять — лучше не стало.

Читать дальше...

Время отца

Вообще отец сыграл со мной злую шутку. Мы с ним редко общались, но всегда после разговора я пребывал в лёгкой задумчивости. А то и в не очень лёгкой. Так, в пять лет папа мне сказал: «Нельзя представить две вещи: вечность и бесконечность». Я всегда имел непокорный характер. И поэтому тут же сел воображать ту самую вечность и бесконечность. И пускать слюни.

Читать дальше...

Продолжая работу с сайтом, вы даете свое согласие на использование нами cookie-файлов. Они необходимы для оптимальной работы сайта и помогают сохранять ваши настройки.
Согласен